Отродье ночи [= Шорохи ] - Дин Кунц

— Почему?

— Он не отвечает. Избегает разговоров. Не отвечает на звонки.

— Разве вам не стало ясно, что здесь какая-то загадка? Шериф что-то знает. Он наверняка заодно с...

— О каком сговоре ты говоришь?

— Я... я не знаю.

Тони, надеясь переубедить Хилари, мягко, настойчиво продолжал. Он верил, что Хилари не устоит против убедительных доказательств.

— Сговор Фрая и Лавренски с самим Сатаной? Сговор с целью обмануть самое Смерть? Сговор, чтобы выйти из могилы и жить вечно? Бред какой-то! Чепуха! Тебе так не кажется?

— Нет, — злобно ответила Хилари. — Мне так не кажется.

— О черт возьми, я не понимаю, что здесь происходит! Черт знает что такое.

— Тони! Здесь замешан шериф. Когда Фрай был жив, он солгал, чтобы оправдать его. А сейчас он избегает вас, потому что не может объяснить свое странное поведение. Тебе не кажется это подозрительным?

— Нет. Он просто здорово опростоволосился. Как офицер, отдавший много лет службе, шериф допустил очень серьезную ошибку. Он просто поверил в безупречную репутацию Фрая, который, по его мнению, не мог совершить убийство. И позвонив ему домой и не получив ответ, Лавренски успокоился. Правда, он солгал нам, думая что полиция чего-то там напутала. Не могли в Лос-Анджелесе интересоваться Фраем, подумал он. Но Лавренски ошибся и ему совестно за допущенную ошибку.

— Ты так думаешь?

— Все так считают в участке.

— У меня другое мнение.

— Хилари...

— Я видела Бруно Фрая.

Вопреки ожиданиям Тони, Хилари не успокоилась, но еще больше разволновалась, чуть ли не бредя мертвецами и тайными заговорами. Тони перешел к более решительным действиям.

— Хилари, ты не видела Бруно Фрая. Его здесь не было. Он мертв. Мертв и в могиле. В дом забрался другой. Ты очень испугалась. Ведь этого не может быть.

Хилари вырвала руку из его ладоней и шагнула назад.

— Я ничего не перепутала. Фрай был здесь. Он сказал, что вернется.

— Поверь, мне, я знаю, что может прийти в голову человеку, которого сильно напугали. Искажается восприятие, память...

— Ты мне хочешь помочь или нет?

— Конечно, я помогу тебе.

— Как? Что нам делать?

— Для начала я доложу о проникновении в дом неизвестного и нападении.

— Тебе не кажется это, по крайней мере, странным? — резко спросила Хилари. — Когда я скажу им, что на меня напал мертвец и пытался убить, меня тотчас изолируют и отправят на медицинское обследование. Ты знаешь меня лучше других, но даже ты сейчас думаешь, что я сошла с ума.

— Я так не думаю, — поспешил с ответом Тони, чувствуя в ее голосе нарастающее раздражение. — Ты просто потеряла над собой контроль.

— Черт! Дьявол!

— Хилари, послушай. Когда придут полицейские, ни слова не говори им о Бруно Фрае. Успокойся и возьми себя в руки.

— Я уже успокоилась!

— И постарайся вспомнить внешность нападавшего. Вспомни детали. Ты сама удивишься, когда поймешь, что это было на самом деле. Остынь, соберись и ты осознаешь, что это был не Фрай.

— Нет, это был он.

— Большая степень сходства и...

— Ты говоришь, как тогда Фрэнк Говард, — злобно ответила Хилари.

Тони не сдавался.

— Тогда ты, по крайней мере, обвиняла живого.

— Ты такой же, как все! — голос Хилари дрогнул.

— Я хочу помочь тебе.

— Дерьмо!

— Хилари, не оставляй меня.

— Ты это сделал первый.

— Ты не справедлива.

— Докажи.

— Я здесь. Что еще нужно?

Хилари была очень нездорова: у нее горький опыт предательства и лжи со стороны тех, кого она любила и кому доверяла. Как же надо настрадаться, думал Тони, чтобы вот так переживать. Мучаясь старыми душевными ранами, Хилари требовала безоговорочной веры и снисхождения. Как только он начал высказывать сомнения по поводу ее рассказа, Хилари тотчас ушла в себя и не слушала его доводов. Но, черт возьми, Тони точно знал, что нельзя оставить Хилари в таком состоянии, и единственное, что он может сделать, — это мягко повернуть ее к действительности.

— Фрай был здесь, — настаивала Хилари. — Фрай, и никто другой. Но я не скажу об этом полиции.

— Хорошо, — спокойно согласился Тони.

— Потому что не собираюсь ее вызывать.

— Что?

Он последовал за Хилари через разгромленную столовую.

— Ты должна об этом сделать заявление.

— Я ничего не должна.

— Тогда страховая компания выплатит страховку.

— Меня это меньше всего волнует, — сказала Хилари, входя в гостиную.

Хилари, осторожно ступая, прошла по хрустящим осколкам и направилась к лестнице. Тони шел за ней.

— Ты кое-что забыла.

— Что же?

— Я детектив.

— Неужели?

— Я должен сообщить о случившемся.

— Сообщай.

— Тебе тоже придется говорить.

— Ты не можешь меня заставить. Я не буду.

Хилари уже было поставила ногу на первую ступеньку, когда Тони схватил ее за руки.

— Минуточку. Пожалуйста, подожди.

Она резко обернулась и злобно сверкнула глазами. На смену страха пришла ненависть.

— Отпусти.

— Куда ты идешь?

— Наверх.

— Что ты надумала?

— Собрать чемодан и поехать в гостиницу.

— Ты можешь остановиться у меня.

— Зачем тебе сумасшедшая женщина в доме, — язвительно ответила Хилари.

— Хилари, не говори так.

— А если я сойду с ума и зарежу тебя ночью?

— Хилари...

— Ах да, ты не считаешь меня сумасшедшей. Только немножечко свихнутой дурочкой.

— Я хочу помочь тебе.

— Но для этого ты избрал странный путь.

— Ты же не поселишься в гостинице навсегда.

— Я вернусь домой, когда его поймают.

— Но кто же будет искать его, если ты не хочешь сообщить в полицию?

— Я сама его найду.

— Ты?

— Я.

Тони не выдержал.

— Что ты выдумываешь?

— Я могу нанять частных детективов.

— Правда? — презрительно сказал Тони, уже не в силах терпеть ее упорство.